Катино субботнее утро началось с телефонного звонка. Она нехотя дотянулась до прикроватной тумбочки, взяла телефон и посмотрела на номер: это звонил Юра, «папик», который стал её постоянным клиентом последнее время. Эх, прощай свободная суббота... — Алло? — Катюх, привет!
Я, Серёга, тридцать пять лет, сижу в нашей с Наташкой гостиной и пялюсь на её жопу. Она, блин, в этих обтягивающих лосинах выглядит так, что хуй в штанах встаёт без спросу. Наташка — милфа, каких поискать: сорок лет, но тело как у тридцатилетней.
Я, Санька, тридцать два года, сижу на кухне у тёщи и пью пиво. Чёрт, как же я влип! Моя Ленка, жена, уехала к сестре на выходные, а меня тёща, Людмила Петровна, позвала "помочь по хозяйству". Ну, думаю, хрен с ним, приеду, грядки покопаю, а она мне, как обычно, борща нальёт.
Сидя в спальне на кровати, я ждал свою милфочку. Наверняка она опять что-то готовила для меня. Прошло правда больше пяти минут прежде, чем дверь в спальню распахнулась и у видел Наталью. Теперь она была в другом образе. Ее волосы были собраны в пучок на голове.
Был у родителей. Отец вышел в гараж, а на его телефон, который он забыл, пришло сообщение. Я посмотрел, сообщение по WhatsApp от моей жены, Лены. Отец не силён в мобильниках, поэтому у него без блокировки. Я сам ему делал ок, вк, и WhatsApp, научил его пользоваться ими.
Ночью меня разбудила «полторашка» светлого не фильтрованного.., выпитого накануне. Я отправился в туалет не одевая халат совершенно голым, поскольку это самая удобная для меня «одежда». Закончив свои дела я вышел из туалета и отправился в нашу с Машкой комнату.
Ксюха была типичной альтушкой: 19 лет, волосы фиолетовые, пирсинг в носу, шмотки с алика, вечно в тиктоке или на вписках. Любила она тусить с такими же, как она, — молодыми, дерзкими, с вейпами и дешёвым бухлом.
В наших краях в это время уже было довольно тепло, а мы сели в самолёт и полетели к снегу, на один известный горнолыжный курорт. Лена на горных лыжах не каталась, но я пообещал сводить её там в рестораны, в музеи и парки.
Проснувшись утром, Дима с трудом пытался вспомнить события вчерашнего вечера. Где он находится и почему не дома? Его взору предстала ухоженная комната, оформленная в светлых тонах, с просторной кроватью. Однако он заметил, что в постели не один.
Ира стояла у окна, теребя занавеску. Двор был серым, мокрым, как её жизнь. Ей было 37, и она ненавидела всё: мужа Диму, его пьянки, эту квартиру. Дима, прораб с грубыми руками, вчера наорал на неё из-за холодного борща и вырубился на диване. А внизу, у мусорки, копошился Саня — сосед-бомж.