Ритуал утреннего опорожнения мочевого пузыря проходил для меня обыденно и непринужденно. Обливая стенки унитаза, я думал о предстоящем дне, который должен быть многообещающим. Струхнув последнюю каплю с детородного органа, я направился в комнату, где Артем получал дозу утреннего минета.
Машенька Цекович - девушка небольшого роста, у нее приветливое круглое лицо и огромные васильковые глаза. Несмотря на хрупкое телосложение, у нее большие груди, напоминающие налитые соком крупные плоды.
На этот вечер я был приглашен на один день рождения, где ожидалось немалое женское общество. Свою подругу я предусмотрительно оставил дома, и с нетерпением отправился в Митино. Праздник проходил на удивление скучно, девчонки не особо шевелились и вели себя в свои 18 лет на удивление скованно.
Больше всего на свете Полина не любила две вещи: свое собственное имя и арфу. И тем и другим она была обязана своей мамочке. Когда Полина окончила музыкальную школу по классу фортепиано, ее мать веско промолвила: «Наша дочь будет играть на арфе».
Я закончила школу с золотой медалью и поступила на филфак, с которого позже мне пришлось уйти. Так как же все таки я стала проституткой? Вообще-то, еще с тех самых пор, когда начало проявляться мое сексуальное влечение, я придумывала себе яркие, зачастую необычные фантазии.
Праздники на моей прошлой работе устраивались часто и с размахом. При чем по большей мере без повода. Праздновались как дни рождения и знаменательные даты компании, так и окончание испытательных сроков, рабочих недель, увольнения. Короче говоря, если не было повода, его стоило выдумать.
Старшая сестра мой жены - Яна, всегда привлекала мое внимание. Тому масса причин. Не то, чтобы жена меня не удовлетворяла или была страшна. Отнюдь: моя Ленка - очень симпатичная пухленькая девочка с внушительным бюстом и кучей откровенных постельных желаний.
Ив разделась, приняла ванну, слегка помастурбировав в ней, а после надела чёрный прозрачный, льнущий к телу пеньюар. Наконец в дверь еле слышно постучали. Она поспешно повернула ручку двери. На пороге стоял Адам Уорнер. При виде Ив глаза его зажглись восхищением. - Милая, ты так сексапильна.
Голова не кружилась и не гудела, внутри не тошнило и на горло ничего не давило, но мысли, да их просто не было. Я не испугалась этого состояния, так бывало со мной когда хотелось просто отдохнуть, ни о чем не думать, просто отдыхать и все.
Меня трахнул Максим. И я стонала под ним. Олежек все это наблюдал. Обхватив колени руками, я заскулила от бессилия и унижения. Олежек подошел, сел рядом и, обняв, поцеловал в ухо. – Успокойся, тебе ведь было хорошо. Я всхлипывала. - Я еще больше люблю тебя, такую. Хочешь выпить?