Муж терпел выходки жены и её транжирство годами, пока не узнал о её измене с семейным психологом. Во время встречи с доказательствами он решает кардинально поменять правила игры в их браке. *** — Когда ты избавишься от этого ужасного автомобиля? — спросила Марина.
Катя замерла на пороге спальни, не веря своим глазам. На кровати сидел её муж Макс, а рядом — его друг Денис, с которым они вместе ходили в качалку. Оба были голые, с возбуждёнными членами, которые уже стояли колом. — Сюрприз, — хрипло усмехнулся Макс, проводя ладонью по своему стволу.
Дверь хлопнула, эхо разнеслось по пустому дому. Семейный ужин закончился раньше, чем ожидалось: дочь с мужем уехали в город за какой-то ерундой, а остальные разбрелись кто куда. Остались только они вдвоем — Игорь, зять, и Светлана, тёща.
Я сидел в углу нашей спальни, на старом деревянном стуле, который мы купили на блошином рынке пять лет назад. Его скрип под моим весом был единственным звуком, который я издавал, пока она — моя жена, Лера — стояла у зеркала, поправляя черное кружевное белье.
В начале Мая, после полученной травмы я поехал в пансионат для реабилитации на десять дней, за первые два дня со всеми перезнакомился, и на третий день уже с некоторыми прогуливались по парку как будто мы знакомы "тысячу" лет.
Недавно пришла к знакомой, поболтать о жизни. Прошла с ней к ней в комнату, а там открытый комп и какой то парнишка на экране в ожидании. Оказалось она в этот момент с ним общалась, но так как их общение только началось я тоже подсела к монитору.
Преподаватель на журфаке был очень важный. Но в последнее время то ли мода повелась, то ли дань чему-то – студенты отхватывали оценки на халяву. Он и сам закрывал на это глаза. но когда ему в очередной раз особо наглая студентка что-то предъявила – его понесло.
Телефон пискнул коротко, будто чихнул: «Жду тебя через 30 мин. Оля» Ни «здравствуй», ни «привет». Даже повелительное «приезжай» сочла лишним. Свет ударил в глаза, когда Оля развязала повязку.
Лето в этом году выдалось жарким, таким, что одежда прилипает к телу, а мысли — к запретному. Я, Артём, тридцать два года, обычный мужик с ипотекой, женой Катей и тайными фантазиями, которые лучше держать при себе.
— Как тебя угораздило? — нахмурив брови, спросила я у мужа. — Понятия не имею, — ответил Саша, потирая шею. — В ресторане бумажник был в кармане, а теперь его нет.