Последний автобус из города N в провинциальный городишко, где я снимал комнату, всегда был лотереей. То он битком набит сонными студентами и пьяницами, то пустой, как вымерший. В тот вечер мне повезло — или нет, я до сих пор не решил.
Солнце палило нещадно, заливая теннисный корт золотистым светом. Элитный клуб «Золотая ракетка» в этот полуденный час был почти пуст — богатые клиенты предпочитали утренние или вечерние тренировки, чтобы не потеть под июльским зноем.
Утро в офисе было обычным, как и всегда. Я сидел за своим столом, погружённый в отчёты и таблицы. Наташа, моя коллега, сновала вокруг, пытаясь привести в порядок бумаги и канцелярские принадлежности.
Москва утопала в сером ноябрьском тумане, когда Маша, поправляя узкий пиджак, закинула сумку на плечо и вышла из такси у аэропорта. Ей было двадцать семь, и она уже третий год работала секретаршей у Дмитрия Александровича, генерального директора строительной компании.
Таня поправляла платье перед зеркалом в ванной комнате их с мужем квартиры. Чёрное, обтягивающее, с глубоким вырезом на груди, оно подчёркивало её фигуру — тонкую талию, округлые бёдра и грудь, которую она считала своим главным козырем. Ей было тридцать два, но выглядела она моложе, и знала это.
Ох, как давно это было. Всё как у всех. Есть что вспомнить, а внукам не расскажешь. Да, у меня внуки, и я — пожилой человек. А в студенческие годы… …Я училась в мед. институте.
Душный, сладковатый запах старого купе, перебиваемый железным скрежетом колес. Я всегда любил поезда за эту особенную, оторванную от мира атмосферу. Как будто время замирает, а все проблемы остаются там, на перроне.
Дождь барабанил по подоконнику, превращая воскресенье в промокшую, ленивую слякоть. Я сидел на кухне, потягивая кофе, и слушал, как где-то в глубине квартиры смеётся моя жена. Её голос сливался с другим — звонким, чуть бархатным. Алина. Подруга жены.
Алина задержалась. Опять. Я сидел на кухне, пятый раз перезапуская сериал, который даже не смотрел. На столе остывал ужин — паста с морепродуктами, её любимая. Я приготовил её специально, зная, что Алина любит поесть после вечеринок. Но сейчас было уже полвторого ночи, а её всё не было. "Корпоратив.
Алина стояла перед зеркалом в ванной, поправляя халат, который то и дело распахивался, обнажая гладкую кожу бедра. Чёрт, надо было завязать покрепче, — подумала она, но пальцы будто нарочно не слушались, оставляя ткань свободно скользить по телу.